1
1
1

Впервые в истории Панема у двух победителей появился шанс пожениться. Впервые в истории подземелий Дистрикта 13 звучит свадебный марш. Это радостное событие как проблеск надежды для людей, изможденных революцией. Но у Капитолия совершенно другие планы на этот день... подробнее в теме.

1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1

The Hunger Games: Resonance

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: Resonance » прошлое и будущее » В разговоре с незнакомыми людьми люди истиннее


В разговоре с незнакомыми людьми люди истиннее

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

«В разговоре с незнакомыми людьми люди истиннее »
♫ Imagine Dragons – Thunder ♫

http://sa.uploads.ru/t/6Aaxl.gifhttp://se.uploads.ru/t/61LVq.gif

1. Место и дата:

Капитолий, лето 6082 года, за несколько дней до начала Квартальной Бойни.

2. Участники:

Caesar Flickerman & Peeta Mellark

3. Сюжет:

Грядут 75-ые Голодные Игры. Трибуты уже прибыли в Капитолий и направлены в Тренировочный центр. Совсем скоро должно состояться интервью, которое ждет весь Панем! Но незадолго до этого бессменному ведущему Цезарю Фликерману и трибуту из Дистрикта 12 удается поговорить без камер.

HAPPY HUNGER GAMES! AND MAY THE ODDS BE EVER IN YOUR FAVOR

Отредактировано Peeta Mellark (2017-05-16 22:51:26)

+2

2

Общее ликование и напряжение в Капитолии росло день ото дня, это было похоже на массовую истерию, намного сильнее превышающую обычное неспокойствие перед Голодными Играми. Цезарь чувствовал общие настроения и, едва ли не впервые, не мог точно определить основную эмоцию общества. Квартальная бойня, все ждали чего-то нового, чего-то необычного, более, чем удивительного и Президент Сноу таки удивил. Даже самого Цезаря.  Выбрать трибутов из имеющихся победителей - это гениально, грандиозно и чертовски жестоко, это вызывает восхищение, смешанное с отвращением и  неизменный трепет. Цезарь никогда не высказывает недовольства решениями Сноу, Цезарь никогда даже в мыслях не позволяет  допустить хоть какое-то сомнение в его решениях. Кориоланус Сноу прав и так будет всегда.  Фликерман прекрасно понимал, зачем и почему хотят избавиться от львиной доли победителей, а более всего от одного конкретного человека. И не осуждал. В Дистриктах неспокойно и с этим нужно что-то делать.

До начала Игр всего пара дней, впереди, буквально через пару часов самый значимый вечер подготовительной части - традиционное масштабное интервью с каждым из трибутов. И не просто трибутов, не обычных парней и девушек, а людей, которые давно и прочно полюбились всему Панему, кто мелькает на экранах постоянно. Вот поэтому, жители в замешательстве, поэтому они не могут понять и определить как ко всему этому относиться. Капитолийца. в большинстве своем (а именно тот средний класс, который может позволить себе праздно жить, не думая ни о чем серьезном), не могут вот так просто свыкнуться с мыслью, что им придется проститься со своими любимыми персонажами. Да, именно персонажами, подобно  героям фильмов и комиксов, которых авторы иногда убивают и это вселяет грусть. Сам Цезарь чувствует что-то, похожее на едва ощутимую печаль, не может этого отрицать, потому что с каждым из них он проводил множество интервью, множество бесед очень личных, откровенных, именно Фликерманн знал многих из них лучше, чем кто-либо еще.

Пит Мелларк... этот мальчик запомнился ему особенно и нет, не только потому что он был последним, одним из последних.  Их взаимодействие было интересным... Если бы Пит не был трибутом, победителем со всеми своими обязанностями, Цезарь бы подумывал его взять своим помощником, может местами соведущим, но это так, пустые размышления, которые ни к чему не приведут. В любом случае, шанс на то, что Мелларк выживет в Квартальной бойне - крайне мал, можно даже сказать, что он ничтожен, дважды ему так не повезет, к тому же... о, он влюблен в Киттнисс, а что сделает любой слепо влюбленный парень в столь юном возрасте? Конечно же, спасет свою возлюбленную. Это банально и это вечно. - Питт, не скажи, что ты решил встретить меня без лишних глаз и ушей, только затем, чтобы выведать все вопросы на интервью? А как же элемент неожиданности? - в этом весь Цезарь - глубокий голос, весь сверкающий, яркий, всегда с улыбкой и внимательным взглядом.

+1

3

Договорится с Хеймитчем оказалось проще, чем я думал. В этом году он был не в себе, пожалуй, дальше больше, чем в прошлый раз. Еще бы, в этот раз на арене окажутся многие из его друзей. Кого-то он видел в качестве трибутов ранее, с кем-то, как с Рубакой, проводил много времени в Капитолии во время игр. Если сам Хеймитч был победителем Пятидесятых Голодных Игр, то они знакомы уже около двадцати пяти лет. Даже вообразить себе не могу, каково это провожать своих друзей на арену и знать, что, скорее всего, они уже не вернуться. Именно поэтому, Хеймитч кажется каким-то отстраненным, словно в его голове уже идет какой-то бой, выиграть который он пока не может.
Когда я спрашиваю Хеймитча можно ли встретиться с Цезарем Фликерман, он даже не пытается противится этому, хотя и интересуется зачем. На этот вопрос ответ оказывается найти не так и сложно. Я говорю, что хочу попробовать выяснить настроение капитолийцев относительно Китнисс. Конечно, это задача Хеймитча найти тех, кто поможет вытащить Китнисс с арены, но, кажется, он не возражает. Я благодарен ему за то, что он полностью согласен, что победить должна именно она. Даже сейчас, глядя на Хеймитча, мне кажется, что хоть он и не озвучивает это, он готов сделать все, чтобы победителем Семьдесят Пятых Голодных Игр стала Китнисс Эвердин. И то, что он согласился помочь встретится с Цезарем до интервью, было лишним тому подтверждением.
Главная сложность была в том, чтобы выйти с двенадцатого этажа Тренировочного центра, где находились наши комнаты. Сам Хеймитч мог разгуливать хоть по всему Капитолию, но меня это явно не касалось. Не знаю, что он сделал (или все-таки среди друзей Хеймитча не только бывшие победители?), но спустя час после моей просьбы на пороге появились Хеймитч и двое безгласых. Он сообщает, что сейчас Цезарь Фликерман находится в Тренировочном центре, скоро интервью, и сейчас к нему идет подготовка полным ходом. Около лифта никого нет, а он пока побудет в моей комнате. Говорит, что проследит за тем, как безгласые выполняют работы по уборке, но я больше чем уверен, что едва я окажусь в лифте, он будет нарочито громко изображать нашу с ним активную подготовку к интервью так, чтобы ни у кого не возникло сомнения, что мы оба сейчас только этим и заняты.
Цезаря я нахожу на первом этаже там, где во время интервью находятся трибуты. Здесь почти никого нет из служащих. Разве что несколько безгласых помогают что-то устанавливать телевизионщикам. Я стараюсь не обращать на них внимание и стараюсь напустить уверенный вид, словно имею право здесь находится. Надеюсь, что получается достаточно убедительно. Цезарь Фликерман проводит интервью уже более тридцати лет, кто, как не он, легко может разгадать фальшь.
Фликерман, как всегда, выглядит ярко. Даже если учесть, что сейчас он не под объективами телекамер. Но кажется, что за столько лет, это уже вошло в привычку - быть таким. Хотя, если учесть, что все капитолийцы особое внимание уделяют своему внешнему виду, не удивительно, что Цезарь так выглядит всегда и везде. Почему-то лезут воспоминание о том, как отзываются жители нашего дистрикта о капитолийцах, как сам посмеивался над жеманными манерами Эффи. Пытаюсь их прогнать, чтобы настроится на конструктивный разговор с Фликерманом. Это единственный шанс узнать хоть что-то о том, как настроены капитолийцы перед Квартальной Бойней. Конечно, капитолицы любили Китнисс, но сейчас, по мимо нее, на арене будут и другие их любимчики. Какой у нее шанс перед другими победителями прошлых игр? На кого сейчас будут ставить спонсоры? Не предпочтут ли они того же Одэйра Китнисс?
- Цезарь, рад тебя видеть вновь, - стараюсь, чтобы слова звучали как можно искренне. Думаю, это не так и сложно, ведь Фликерман, хоть и капитолиец, не кажется мне таким ужасным. С ним легко разговаривать, а, главное, он является важной поддержкой на интервью. - Нет, что ты, я не собираюсь разочаровывать зрителей, ведь они ждут очень интересного интервью.
Представляю, как сейчас капитолийцы искренне переживают, что 23 их любимчика уже никогда не появятся на экране, даже не думая о том, в какой ад им предстоит вернуться по воле Капитолия.
- Предстоит интересный сезон, не правда ли? - говорю я, думая, что для начала надо просто побеседовать, прежде, чем переходить к важным для меня вопросам. - Каково это вновь брать интервью у бывших победителей?

+1

4

Светский разговор перед другим светским разговором? Это даже звучит странно, но от этого сложно отделаться, верно? Цезарь иногда ловил себя на мысли, что практически все его прочие разговоры, личного характера, обычный, ничего не значащий треп на каких-нибудь вечеринках или тусовках становится похож на вариант интервью. Это происходит спонтанно, без какого-либо плана. Это сбор информации, а информация для Фликермана - все, он запоминает абсолютно все, часто не фильтрует, потому что любые мелочи могут оказаться важными. Но это не очень-то способствует межличностым коммуникаиям с кем-либо.  Но со временем данный факт перестал беспокоить совсем. Да и зачем? Это такое время и такое место, когда любое произнесенное слово может стоить не только карьеры и положения в обществе, но и жизни. И все же, это было не самым страшным... страшнее всего было бы разочаровать Президента Сноу.

Внимательно смотрит на подходящего парня - нервничает, но храбриться, от него веет некоторой обреченностью, но, как бы это ни было странно - жизнеутверждающей обреченностью. Надо же... Питт Мелларк и Китнисс Эвердин - самая романтичная история Голодных Игр, второго счастливого шанса у них определенно не будет, об это знают все, но и многие продолжают глупо надеяться. - Я всегда рад с тобой поговорить, знаешь, очень сложно найти столь остроумного собеседника. - Цезарь редко когда кривит душой, как ни странно, он предпочитает не лгать, что вообще странно для Капитория. Он говорит правду всегда... точнее он говорит то, в чем полностью уверен, во что верит. - Я ни на мгновение не сомневаюсь в том, что интервью с тобо станет самым ярким и незабываемым за этот вечер. Знаю, ты этим мало интересуешься, но у тебя чертовски много поклонников.- это могло звучать как безобидная дружеская беседа, это могло бы быть ею,  если бы нежного конца.

-Непросто интересный сезон,эти Игры взбудоражили всех! Никогда не видел такого ажиотажа и волнения среди капитолийцев. - да, среди тех людей, которые настолько пресытились развлечениями, что постоянно ищут что-то новое и новое,что хоть как-то может их удивить. Фликерман хоть и сам был капитолийцем, не особенно жаловал эту пресыщенность, несмотря на то, что вечные ненасытные потребители и являются основной аудиторией его шоу, слепо его обожают, они как вечное напоминание - до чего не стоит опускаться. - Мне будет  жаль отпускать вас всех и знать, что вернется только один. Ну знаешь, из года в год мы все следим за жизнью победителей, мы переживаем за них, радуемся вместе с ними. Но Президент так решил, он всегда думает о том, как сделать что-то новое, чем удивить. И тут, признаюсь, удивил даже меня. Эффект потрясающий. - станет Цезарь осуждать Сноу? Никогда, даже в мыслях, не говоря уже о разговорах с кем-либо. - Что ты думаешь обо всем этом? То, что ты не скажешь на интервью...

+2

5

Разговаривать с Цезарем интересно, если забыть о том, что большая часть его собеседников погибают на Голодных Играх. Интересно, как ему списаться по ночам? Думает ли он перед интервью, что этот человек, возможно, умрет? Или капитолийцы никогда не задумываются об этом? Для них Голодные Игры это развлечение, на каждого трибута делают ставки, и гораздо важнее, какая ставка сыграет, чем то, жив ли останется трибут. Хотя, может быть, Цезарь так спокоен именно потому, что слишком много его бывших респодентов мертвы? Когда счет Голодных Игр, которых ты видел, около полсотни, может быть, уже не осознаешь, как много людей погибло в угоду Капитолия? Я осознал, что такое Голодные Игры, когда мне было лет пять. Помню, как братья потащили меня смотреть очередной сезон Игр. Родители не возражали, впрочем они и не могли это сделать: все обязаны смотреть Голодные Игры. Но первый сезон, который я хорошо помню, был шестьдесят седьмой. Мне тогда было девять, и я уже понимал, что скрывается за яркими интервью, парадом трибутов и кровавыми драками на Арене. До первой жатвы было еще три года.
Заставляю себя не думать об этом, и пытаюсь представит, что Цезарь Фликерман мой старый знакомый, и мы находимся где угодно, лишь бы не в Капитолии. В прошлый раз, на интервью, это помогло. Как и то, что Цезарь всегда умеет поддержать собеседника. Вот и сейчас, словно на интервью, он сам начинает разговор, и мне становится гораздо легче его подхватить:
- Не может быть, - говорю я и смеюсь. - Или ты мне просто льстишь? Очень трудно поверить в это.
Надеюсь, он понимает, что я не лукавлю, ведь капитолийцем это свойственно. Капитолицем присуще позерство. Я вспоминаю, как вели они себя, когда в конце Тура Победителей мы прибыли в президентский дворец.
- Я уверен, что симпатия большинства на стороне Китнисс, - говорю осторожно. Постепенно приближаюсь к главному вопросу, который мне интересен. Важно понять, как много человек в этот раз готовы стать спонсором Китнисс. Сейчас их помощь намного важнее, чем год назад. - В этом году слишком много победителей. Тяжело будет спонсорам сейчас выбирать.
Надеюсь, я угадал, и капитолийцев действительно заботит этот заботит уже сейчас. Если на других играх сначала требовалось увидеть хотя бы результаты индивидуальных показов, чтобы понять, на кого можно делать ставки, то теперь всех трибутов уже знают. Каждого из нас уже видели на Арене.
- Взбудоражили? - Подхватываю я. Цезарь молодец. Не знаю, как у него это получается, но он очень ловко умеет вести разговор. - Никто не ожидал, что кто-то из победителей вновь вернется на Арену, а тут двадцать четыре человека.
Погибнуть двадцать три победителя, - хочу добавить я, но молчу. Цезарь итак должен это понимать, а я здесь не для того, чтобы взывать к чей-то совести.
- Мне нечего от тебя скрывать, - я поднимаю руки вверх, словно этим жестом хочу показать, что полностью доверяю ему и готов говорить откровенно. - Я думаю, что за семьдесят пять лет такого еще не было. Признайся, даже тебе такое еще не доводилось - брать интервью у тех, кого когда-то ты сам называл победителем на церемонии. Президент Сноу действительно удивил всех объявлением о Квартальной Бойне. На интервью такое говорить нельзя, - я замолкаю, надеясь, что эта пауза вызовет у Цезаря еще больший интерес. - Но все-таки я чувствую, что мы больше не увидимся после интервью, я считаю, что победительницей Семьдесят Пятых Голодных Игр должна стать Китнисс.
Говорить правду легко. Точно также я ощущал себя, когда пришел к Хейтмичу после объявления условий Квартальной Бойни. Уже тогда я был уверен, что не вернусь живым, теперь же еще больше убежден в этом.
- Как думаешь, какие шансы победить у Китнисс? - Моя забота о Китнисс вряд ли у кого-то может вызвать сомнения. К тому же, после того, как президент Сноу прибыл в Дистрикт 12 и встречался с Китнисс, она искренне старается мне подыгрывать. Получается не очень, но капитолийцам с ее стороны, кажется, хватает и этого. Со мной проще - я говорю то, что думаю и чувствую.

+1

6

Несмотря  на то, что Цезарь казался исключительно человеком развлечений, во многом благодаря своему умению  говорить без конца, благодаря своей внешности и своему амплуа, в целом. Но мало кто подозревал о его остром уме, о склонности к всестороннему анализу и способности понимать все происходящее на много ходов вперед. Но зачем вообще об этому кому-то знать, кроме тех, кому все эти качества могут принести пользу? Не сказать, что он тешил себя иллюзией, что президент Сноу  чертовски в нем нуждался, но и не стал бы умалять своей важности. Именно Цезарь так или иначе контролировал практически всю информацию, выдаваемую населению, равно как и прекрасно умел владеть собой, в любой ситуации.

-О нет, это не лесть. Это верные слова человека с большим опытом. Уж поверь мне, но сейчас большинство людей, я бы сказал даже, подавляющее большинство - предпочитают смотреть и слушать, чем думать и говорить. Это немного разочаровывает в те моменты, когда хотелось бы побеседовать  на отвлеченные темы.
  - усмехается немного лукаво, глядя на Пита. - Не скажу, что подобное желание возникает очень уж часто, но случается... иначе зачем бы я здесь находился? - он мог бы подмигнуть под конец, но это было бы совершенно несолидно, а подобным моментов все же старался избегать, в его-то годы... Хотя, он и сам бы сейчас не сказал точно, сколько ему лет, все считают, что он словно заморозился в своей внешности последние лет десять, а может и больше. Сам Цезарь, наверное, тоже так считает, хотя обычно предпочитает об этом не думать. Слишком бесполезно.

-Я не брался бы сейчас говорить, на какие прогнозы стоит рассчитывать. Да, множество симпатий на стороне Китнисс, но не забывай, что остальные победители на виду и на слуху много лет, и среди них есть настоящие звезды. Так что именно сейчас, что спонсоры, что зрители, я думаю, в ужасной растерянности на счет того, кому отдавать свое предпочтение. Признаться, ничто человеческое мне не чуждо и у меня тоже были свои фавориты. Да, стоит быть беспристрастным, коим я всегда являюсь, но никто не запрещает мне отдавать кому-либо предпочтение мысленно. - и снова улыбка на лице, а в голове не спешат оставлять мысли, которые появились в момент, когда узнал о правилах этих игр. Мысли о том, что может быть после. Бунты и восстания локальные, в отдельных Дистриктах, скрытые от общественности, о они имеют место. Вероятность того, что вспыхнувшая искра может разгореться сильным пламенем - велика. Победители Игр - любимцы своих дистриктов, особенно более бедных и неудачливых в Играх, победителей любят и  каждая победа много значит и для самого Дистрикта.  Но кто он такой. чтобы даже в мыслях осуждать решения Сноу?

-Китнисс? Даже в такой момент ты больше беспокоишься о ней? - сейчас Фликерман смотрит на Питта более внимательно, более проницательно. - Неужели ты и правда даже не думаешь о собственных шансах на выживание? Ты же понимаешь, что в этот раз вам обоим не может так повезти?  - пожал плечами, он-то прекрасно помнил, насколько Президент был недоволен слабостью Сенеки, Сноу был готов на отсутствие Победителей, чем показать людям малейшую слабину Капитолия. Но что сделано, то сделано.  - Впервые встречаю подобную самоотверженность. Не хотелось бы твое стремление весгда и всюду защищать Китнисс глупостью. Ты же это говоришь в здравом уме, я надеюсь?

+2

7

- Ведь раньше такого не было, - говорю я, решая, что следует и дальше поддерживать разговор с Цезарем именно в этом ключе. Конечно, прошлый сезон Голодных Игр наделал много шума, и сам Фликерман принимал в этом участие. Чего только стоит выбор свадебного платья Китнисс, которое показывали в прямом эфире, а жители Капитолия голосовали за понравившийся вариант. Не представляю как эти же жители Капитолия будут смотреть на то, как Китнисс пытается выжить на арене второй год подряд. - Не было такого ажиотажа. Да, конечно, победителя всегда обсуждали добрые полгода, но тут победителей оказалось двое, к тому же эта свадьба...
Когда мы возвращались с прошлых Голодных Игр, Китнисс призналась, что президента Сноу крайне раздосадовало случившееся, и единственное, что можно предпринять в таком случае, изобразить безумную любовь. Но во время Тура победителей Китнисс пришлось признаться и в том, что президент Сноу не оценил ее актерских данных. Но сейчас мне важно было знать, насколько это оценили жители Капитолия. Конечно, среди них довольно много пустоголовых, которые клюнули на удочку, даже если бы Китнисс не старалась. Сноу хотел, чтобы мы убедили дистрикты, капитолийцы итак с радостью обсуждали нашу историю.
Я стараюсь не думать о том, что для меня стоило принять то, что со стороны Китнисс это всего лишь игра в угоду Сноу, и вновь решаю, что даже в таком случае, это может ее спасти. Несомненно, Китнисс не может не вызывать симпатию у капитолийцев. Но в этом и главная проблема. Капитолицы часто делают из победителей Голодных Игр любимчиков для себя. Цезарь прав, победители прошлых лет любимы многими капитолийцами. Возможно, жители дистриктов и поддерживали Китнисс, вот только большинство из них никудышные спонсоры.
- Цезарь, скажи, - мне вдруг в голову приходит одна мысль. Я знаю, у нас времени на разговор не много, но все же мне интересно. Возможно, это поможет правильно вести себя на арене и до нее так, чтобы победительницей стала Китнисс. - Что было бы, если бы я не вышел сейчас заместо Хеймитча? Как ты думаешь, как бы относились к такой паре трибутов из Дистрикта 12, как Хеймитч и Китнисс?
Интересно, а Хеймитч бы занял мое место, если бы первым вытянули мое имя? Он обещал, что нет, но зная настойчивость Китнисс. Впрочем, в этом плане он был больше согласен со мной, чем с ней, спасать надо ее. Не знаю, что двигает Хеймитчем, но пока наши с ним цели совпадают.
- Тяжело им придется, - говорю я так, словно действительно жалею "бедных" капитолийцев. - Много здесь ходило разговоров во время Тура победителей?
Наверняка его показывали в очень урезанном виде. Как раз предпочтение отдавалось кадрам, где мы с Китнисс просто махали руками перед камерами или читали заготовленные Эффи карточки. Но так даже лучше, капитолийцы не должны заподозрить в действиях Китнисс что-то подозрительное, об этом Сноу явно позаботился.
- Вы же его транслировали? - Еще бы не транслировали. Цезарь, наверняка, тоже выходил в эфир, давая какие-то комментарии, не скупясь на шуточки, так любимые жителям Капитолия.
- Я всегда беспокоюсь о ней, - в отличии от Китнисс, которая вынуждена разыгрывать весь этот спектакль ради Сноу, я говорю правду, поэтому не сомневаюсь, что Цезарь мне поверит. Интересно, а он верит Китнисс? Да, многих капитолицев легко было обмануть, но Фликерман довольно проницательный. - Я прекрасно понимаю, Цезарь, что в этот раз президент не допустит повторения прошлого сезона, и не ставлю на себя. Глупость? Почему же? Цезарь, ты и сам прекрасно знаешь, что шансов у меня не много.
Впрочем, их было также мало и в прошлом сезоне Голодных Игр, если бы не Китнисс. Каждый житель Панема видел это, смотря прошлый сезон.
- Здесь слишком много соперников. Но они намного опытнее и сильнее, чем были в том году. Конечно, я беспокоюсь о Китнисс.

+2

8

-Не было. Может когда-то давно, после первых Игр и был такой ажиотаж. Но потом люди привыкли, что каждый год, один победитель. Потом следующий. - пожал плечами. Он сейчас не говорил ничего провокационного или того, что могло вызвать скандал. Простые истины. Большинство Победителй не делали ничего интересного: не появлялись на приемах, не были участниками скандалов, не закатывали бурных вечеринок, словом о них нельзя было сказать ничего. Так популярность и падала. - помолчал пару мгновений, слегка улыбнувшись. Да уж, популярность иногда не так тяжело снискать, как ее удержать потом. - А Вы с Китнисс - это как взрыв! Знаешь, раньше ужасно популярны были художественные фильмы, люди сопереживали главным героям... А вы с мисс Эвердин намного лучше, чем фильм, вы - не актеры, а живые люди и все, что происходит в ваших жизнях - взаправду. 

Опять же, то, что он озвучил - половина правда. Жители Капитолия восприняли все именно так, это люди, чувство сопереживания которых вылилось в уродливые формы, так что они в восторге от такого сериала. А вот жители Дистриктов...Скорее всего даже сами Китнисс и Пит не осознают в полной мере, что означает их победа для других людей. Какой огромной красной кнопкой для начала революции они стали.  - Знаешь, если бы ты не вызвался - шансы Китнисс выжить были бы выше. - говорит без прикрас. - Позволь быть откровенным, потому что все равно уже вспять повернуть ничего нельзя. Вы популярная пара, люди разрываются между тем, за кого болеть, потому что все понимают,  что выживет кто-то один. Конкуренция - сумасшедшая. Так вот, будь Китнисс в паре с Хеймитчем, все, кто поддерживает вашу пару, я имею ввиду спонсоров,потому что они-то тоже люди - поддерживали ее.  - взгляд не отводит, смотрит прямо, может с ноткой сочувствия во взгляде. - Ты сам знаешь, насколько важен глоток воды в пустыне, лекарство при болезни и факел в кромешной темноте - все это с легкостью обеспечат спонсоры.

Не перед камерами, в простой человеческой обстановке, Цезарь может показать сочувствие, такое простое человеческое. Это не лицемерие, не двуличие. Он действительно сочувствует этим детям, но также понимает, что они угроза. В нем самом нет никаких колебаний, особенно, если это касается угрозы в сторону Президента Сноу. Но также его советы  это не пустая болтовня, он  говорит с высоты своего опыта, опираясь на то, что видел уже много-много лет. - Да, конечно транслировали тур. Люди с нетерпением ожидали каждый Ваш выход!  Каждый наряд, твой и Китнисс, успешно копировался в тот же день и многие примеряли на себя ваши образы. Фанатов у вас действтиельно много. Я уже не говорю о том, сколько людей захотели стать похожими на вас. Ну знаешь, пластическая хирургия на высшем уровне. Я уже встречал на улицах Капитолия нескольких мисс Эвердин. Питов, конечно, было меньше, но тоже были. - Цезарь посмеивается, глядя на лицо Питта. Наверное, многим из отдаленных Дистриктов это может показаться странным, но в Капитолии меняют полностью свой облик с той же легкостью, что и покупают новые туфли.

-Я обижу тебя, если скажу, что то, что ты вызвался  добровольцем в этот раз - глупость?  - Цезарь больше не улыбается. - Даже, если ты сам будешь делать все для победы Китнисс... Ты не думал, что ты для нее слабое метсо? Ты прав в том, что мисс Эвердин для многих кажется самым вероятным победителем. Но что сделает она, если тебя возьмут в заложники, приставят к твоему горлу нож и потребуют от нее сдаться? Думаешь, она легко позволит тебе умереть? Думаешь она так просто тебя убьет, если вы снова останетесь вдвоем?  Вами легко манипулировать сейчас, зная про Ваши отношения и это может убить вас обоих. Ты не думал о таком?

+1


Вы здесь » The Hunger Games: Resonance » прошлое и будущее » В разговоре с незнакомыми людьми люди истиннее


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC